Каталог статей

Дорогу до нового места жительства я почему то не помню совсем. Приехали мы вечером, на закате солнца, грузовик остановился около деревянного здания местной школы. Детей сильно укачало за дорогу, хотелось спать. Разгружались уже в темноте, своё жалкое имущество разместили между школьными партами. Мама сообразила кое-какие постели на полу и мы заснули «как убитые».

Здесь меня, во втором классе, приняли в пионеры. Событие для меня было неординарное, хорошо запомнилось. Принимали, почему- то, на новый год, под ёлкой. После этого спрос с меня усилился, часто браня меня, отец говорил: «А ещё пионер», то же самое я иногда слышал от взрослых, которые обсуждали какой либо неблаговидный поступок, и даже от друзей.

Чтобы добраться до Бурлина, было необходимо пересечь Урал. Ближайшая переправа была в Илеке. Илек, хотя и расположен на левом берегу Урала, относился к Оренбургской области. Ниже Илека вся левая сторона Урала относилась уже к Казахстану, а начиная с Январцева, граница Казахстана переходила на правобережье реки и областной город Уральск относился к Казахстану. Говорят, что такое решение было принято В.И. Лениным, по предложению наркома Петровского, в 1924 году, как мероприятие по «расказачиванию» и явилось символическим наказанием за то, что Уральские казаки в гражданскую войну сторону красных принимали редко и значительное число мужского населения Уральска и окружных станиц ушло с Оренбургским атаманом Дутовым за границу в Китай.

В школу я пошёл с некоторой боязнью. Во-первых это была полноценная средняя школа районного масштаба, а не семилетка или начальная школа, в которых я учился раньше, во вторых я не был уверен в своих собственных знаниях, всё-таки меня учили мать с отцом и в оценке моих знаний субъективный фактор не исключался.

Яркой личностью в Бурлинской средней школе был преподаватель немецкого языка Антон Павлович Дош. Это был типичный представитель немцев, переселённых с Волги в наши степи, после начала Великой Отечественной войны. Его семья была переселена в казахский посёлок недалеко от Уральска, где располагался конезавод и имел такое же название «Конезавод» (в настоящее время знаменитый при советской власти совхоз имени газеты «Правда») Джамбейтинского района. В войну Антон Павлович работал, как тогда говорили, «на трудфронте», затем, его знания немецкого языка пригодились для других целей, ему разрешили преподавать язык в школе, с чем он, по меркам того времени, неплохо справлялся и даже закончил заочно пединститут.

Первым моим другом в Бурлине был Гоша Нестулеев. Рядом с нашей первой землянкой в Бурлине, стояло аналогичное по виду и возрасту жилище, в котором жила семья Нестулеевых. Семья эта переехала тоже недавно из Средней Азии. Мать Гоши была местная казаченька, в Бурлине у неё жили две родных сестры. Надо сказать, что в Узбекистане, Каракалпакии, по берега Балхаша и в других южных районах, жило много выходцев с Урала. Кто-то служил там ещё при царе, да так и остался, кто-то был раскулачен и выселен в пустынные районы, многие поселились там после того, как ушли вместе с атаманом Дутовым от большевиков и возвращаться на Родину им было небезопасно. Почему там оказались Нестулеевы, я не знаю, а в то время и не задумывался, был единый Союз, был один советский народ, а кто, где, когда и в связи с чем поселился и жил, было не особенно важно.

После пятого класса меня отправили в июле месяце в пионерский лагерь. Событие было незаурядное, с нашей улицы в лагере никто не был, но наслышаны были многие. Оценка была отрицательной, по рассказам ребят, которые там были, в лагере всё очень плохо, достаточно сказать, что два раза в лагере были единицы, очевидно, они подневольно, по велению родителей, были вынуждены «томиться» летом далеко дома. Рассказы эти я слышал, но к тому времени я много прочитал и нигде не встретил негативного отношения к пионерскому лагерю. Так что поехал я в лагерь довольно охотно, хотя и с некоторым сомнением.

Летом, после окончания шестого класса, меня отправили в туристическую экспедицию «По Чапаевским местам). Поездка была организована Районным домом пионеров. Руководитель поездки был Абзал Укасович Укасов, впоследствии он был переведен из директоров дома пионеров и стал директором нашей школы.